«Пришло время возвращаться послам, так как нам надо, чтобы послы делали свою работу, — сказал Мирослав Лайчак. — Они не должны быть частью политического спора между Евросоюзом и Беларусью. К тому же, Евросоюз был достаточно великодушен — наши послы выехали из Беларуси, но мы оставили белорусских послов в своих странах, согласившись с дисбалансом в пользу Беларуси. Таким образом мы также хотели показать, что мы не заинтересованы в эскалации ситуации. В то же время понятно, что это нельзя терпеть долго. Сейчас есть небольшой позитивный сдвиг — освобождение Санникова и Бондаренко очень важно — но это первый шаг на длинном пути... Послы не политики. Поэтому мы не должны делать это политическим вопросом. Чем меньше будет внимания СМИ и политического акцента на возвращении послов, тем лучше для того, что мы хотим достичь в Беларуси. Нет причины ждать. Я считаю, что это произойдет в ближайшие дни».
В настоящее время в Минске не осталось ни одного посла стран Евросоюза. Все главы посольств покинули Беларусь в конце февраля — начале марта после дипломатического конфликта между Минском и Брюсселем, напоминает БелаПАН. Конфликт разгорелся после февральского решения Совета министров ЕС расширить визовые и экономические санкции против частных лиц и некоторых предприятий Беларуси, а белорусские власти в ответ рекомендовали главе представительства ЕС и послу Польши выехать в свои страны для консультаций. В знак солидарности из Беларуси уехали все европейские послы.
Между тем, 17 апреля в интервью государственным СМИ глава Администрации президента Владимир Макей назвал «полным абсурдом» мнения о том, что, выпустив экс-кандидата в президенты Андрея Санникова и члена его команды Дмитрия Бондаренко, белорусские власти создают условия для возвращения послов Евросоюза в Минск. «Это две большие разницы, — заявил чиновник. — Вопрос освобождения заключенных за конкретные преступления лежит исключительно в сфере компетенции главы государства. Президент в свое время четко заявил: раскаются люди, напишут соответствующие прошения о помиловании — они будут рассмотрены в установленном законом порядке. Что и произошло. И президент четко показал свою последовательность. А вот вопрос возврата послов — это уже из другой оперы. Евросоюз в свое время сам отозвал своих послов, и сегодня реальность такова, что не мы просим, а Евросоюз просит нас разрешить послам вернуться в Беларусь. И не только просит, а требует и даже угрожает новыми санкциями».
— Все говорят о возвращении послов, но, когда это произойдет, — до сих пор непонятно, — отмечает политолог. — С одной стороны есть какие-то действия, которые направлены на то, чтобы начать процесс нормализации с Европой, а с другой звучат заявления, что освобождение Санникова и Бондаренко никак не связано с возвращением дипломатов. Я думаю, что до 23 апреля, когда пройдет Совет Евросоюза, послы вряд ли вернутся. Официальный Минск тоже выжидает — получит ли какой-то отклик со стороны Евросоюза их позитивный шаг.
— На ваш взгляд, на какой «отклик» надеется белорусская власть? Какая может быть реакция со стороны Европы?
— Если вспомнить, что говорил тот же глава Администрации в начале апреля, то сначала речь шла о том, чтобы Европа не усугубляла санкции. Но, на мой взгляд, это уже вопрос практически решенный. В том плане, что никаких санкций не будет. Хотя, думаю, это не конечная цель официального Минска. Он все-таки рассчитывает на какое-то смягчение позиции Европы, хотя в качестве первого шага можно рассматривать и отсутствие дополнительных решений, ухудшающих обстановку. В таком случае могут последовать и дальнейшие шаги. Но возвращение послов в Беларусь — это не самоцель. Равно как для белорусской власти не самоцель — сохранения статус-кво. Главная цель для белорусских властей — обеспечить себе хоть какое-то пространство для маневра, потому что складывается впечатление, что Москва начинает прижимать.
— Как поступят с остальными политзаключенными, которые остаются в тюрьмах?
— Будут идти переговоры и по ним, людей будут выпускать на свободу. Другое дело, что это, наверное, будет происходить не так быстро, как хотелось бы. Тем более, уже озвучено, что одним из обязательных условий освобождения является написание прошения о помиловании. Но я, например, не уверен, что тот же экс-кандидат в президенты Николай Статкевич такую бумагу напишет. Конечно, если бы официальный Минск пошел на такой шаг, как освобождение сразу всех политзаключенных, это значительно упростило бы ситуацию и могло бы резко ускорить процесс нормализации отношений. Но не похоже, что власти на это пойдут.
— Сохранит ли Европа твердую позицию в вопросе освобождения всех политзаключенных?
— Думаю, что сохранит, поскольку достаточно много раз уже «обожглась на этом молоке». Европа будет прислушиваться к тому, что здесь происходит и как-то будет реагировать на позитивные действия. Но забыть и оставить за кадром остальных — это вряд ли.
— Может ли Евросоюз пойти на отмену визовых и некоторых экономических санкций?
— Может, но это тоже произойдет не сразу. Условия Европы известны, и их надо выполнять. Вопрос лишь в том, согласится ли белорусское руководство пойти на это.
