В постановлении на обыск было указано, что ее сын Дмитрий Рыжиченко «может иметь отношение» к появлению граффити, которые «пропагандируют антиобщественные идеалы и антисоциальные ценности, оскорбляющих человеческое достоинство и мораль», сообщает Радио Свобода.

«Как выяснилось, дело о появлении каких-то рисунков и надписей на зданиях в Новополоцке было возбуждено еще в апреле 2010 года. С того времени моим сыном никто не интересовался, пока сегодня в нашей квартире не появились сотрудники милиции и КГБ. Нам заявили, что ищут „запрещенную литературу“ и краски. Но забрали системный диск от компьютера, ноутбук мужа, несколько дисков и баллончик с белой краской, которую мы приобрели, чтобы подкрасить царапины на стиральной машине», — рассказала Ольга Дамаскина.

Ее девятнадцатилетний сын Дмитрий считает, что сегодняшний обыск — это продолжение прежних событий, когда его пытались склонить к сотрудничеству с КГБ:

«Эти попытки продолжались около года. Мне звонили люди, которые называли себя сотрудниками КГБ, приглашали на „беседы“, иногда встречали прямо на улице и расспрашивали, чем занимается после работы моя мать, кто ее друзья, какие у нее интересы. Интересовались и моими друзьями, предлагали, чтобы я рассказывал о них. Я отказывался. Некоторое время назад мы пытались зарегистрировать общественное объединение „Честь и совесть“, но чтобы заниматься не политической деятельностью, а решать социальные проблемы. Наконец удалось зарегистрировать учреждение „Совесть-18“, и сейчас сотрудники КГБ заявили администрации колледжа, где я учусь, что в этой цифре якобы зашифрованы инициалы Адольфа Гитлера! И еще сказали, что я „бэнээфовец“ и „фашист“ — все вместе».

Дмитрий Рыжиченко — третьекурсник Новополоцкого государственного политехнического колледжа. Ему стало известно, что сотрудники КГБ говорили преподавателям, что ему не следует изучать химическую промышленность — мол, из него может вырасти «террорист Коновалов».

В прошлый четверг парню сообщили, что учебное заведение не хочет иметь «пятен» на репутации и предложили уйти из колледжа по собственному желанию. Парень отказался, и в этом его поддержали родители. Тогда Дмитрию пообещали «найти повод» для исключения.

Рыжиченко говорит, что на 17 февраля в колледже запланирован педсовет, на котором ему могут объявить выговор за прогулы. Количество прогулов, по его с матерью подсчетам, явно завышено. Но выговор может стать основанием для исключения.