Участники дискуссии на радио «Свобода»: заместитель председателя Движения «За Свободу» Юрий Губаревич и председатель профсоюза радиоэлектронной промышленности Геннадий Федынич.
Зачем участвовать в выборах?
Ведущий Валерий Карбалевич: «Дискуссия по поводу участия в выборах приобретает все более острый характер с взаимными обвинениями. Какой тактики следует придерживаться, по вашему мнению».
Юрий Губаревич: «Я выступаю за эффективное использование механизма избирательной кампании. Выборы есть в календаре этого года. Вопрос в том, оппозиция выйдет, победив или проиграв по итогам этой избирательной кампании? Как сделать, чтобы оппозиция увеличила свое влияние на общество? Для этого нужно использовать те механизмы, которые дает избирательная кампания, прежде всего, государственные СМИ. Это дает в десять раз большую аудиторию, чем оппозиция имеет сегодня. Таким образом, мы сообщим о политзаключенных намного большему количеству людей, так как многие об этом не знают.
Если на момент окончания избирательной кампании политзаключенные будут за решеткой, то оппозиционные кандидаты должны сняться. И эту позицию они должны доносить своим избирателям в ходе кампании».
Геннадий Федынич: «Сколько раз мы уже участвовали в выборах, в том числе и я сам! И какова эффективность этого участия? Своим участием мы делаем легитимными эти выборы и эту „палатку“. Вы говорите, что если на момент окончания избирательной кампании политзаключенные будут за решеткой, то оппозиционные кандидаты должны сняться. Так вы до сентября даете властям шанс держать политзаключенных за решеткой. Выборы нужно бойкотировать. Такое настроение общества. А власть боится бойкота».
Бойкот
Губаревич: «Бойкот не решает ни одной из задач, о которых говорил господин Федынич. Если он скажет, какие есть механизмы, с помощью которых политзаключенные завтра могут выйти на свободу, то я присоединюсь к его работе.
Бойкот на руку властям. Им не надо будет фальсифицировать результаты голосования. В каждом округе будет несколько кандидатов. Есть ЛДП Гайдукевича, заявившая об участии в выборах. Найдутся и другие. Поэтому как раз бойкот легитимизирует выборы и «палатку».
Карбалевич: «Сколько бы людей ни пришло на выборы, власти объявят, что явка составила
Федынич: «В декабре наш профсоюз вместе с ООО „Зеркало-Инфо“ провел социологические исследования. На вопрос, от кого зависит, какие кандидаты пройдут в парламент, 40% ответили, что от Лукашенко, и только 16% считают, что от воли избирателей. Только 6% ответили, что выборы будут полностью честными. Только 3% людей считают, что эти выборы могут изменить нашу жизнь к лучшему.
Так кого мы будем обманывать? Пусть выборы хоть один раз пройдут без нас. Хочу напомнить, что в прошлом году шесть партий и организаций, включая Движение „За Свободу“, подписали соглашение. Там был пункт, что они примут участие в выборах только тогда, когда выборы будут демократичными, прозрачными, если политзаключенные будут освобождены. Почему некоторые организации забыли свои обязательства?»
Карбалевич: «По поводу озвученных вами цифр. Это белорусский феномен: люди не верят в демократичность выборов, однако все равно на них идут».
Противоречивая тактика
Карбалевич: «Господин Губаревич, в том варианте, который вы предлагаете, есть один недостаток. Такая тактика запутывает избирателя. Оппозиция начинает участвовать в выборах, агитирует себе сторонников, а потом призывает к бойкоту. И что делать аполитичным обывателям?»
Губаревич: «Ответ на этот вопрос должны дать сами оппозиционные кандидаты. Если в процессе коммуникации с избирателями они говорят о ситуации в экономике, об угрозе независимости, о политзаключенных, там нет призывов прийти на выборы».
Карбалевич: «Но ведь это само собой разумеющееся!»
Губаревич: «Это не само собой разумеещееся. Призывать к бойкоту можно с самого начала агитационной кампании. Разница между теми, кто изначально будет агитировать за бойкот, и теми, кто пойдет на выборы, — только в величине аудитории. Сторонники бойкота ограничатся оппозиционными сайтами. И там они будут бороться не с Лукашенко, а с той частью оппозиции, которая пойдет на выборы. А аудитория тех, кто участвует в выборах, будет значительно шире».
Федынич: «И по нашим исследованиям 51% граждан готовы идти на выборы. Но надо выбирать: мы за выборы или за бойкот? У тех, кто пойдет на выборы, появится такая проблема. Они получат от государства деньги на агитационную кампанию, потом снимутся. Тогда придется возвращать деньги. Где вы их возьмете? Избиратели дадут? Может, вы идете на выборы ради Запада? Или чтобы сохранить структуры?»
Карбалевич: «Господин Губаревич, еще одна проблема. Будет тяжело тех кандидатов, которые ввязались в избирательную кампанию, призывать или заставить сняться».
Губаревич: «Так мы доверяем людям, с которыми мы работаем, не доверяем? К тому же существуют страховочные механизмы. Если партия выдвигает кандидатов, то своим решением она может их и снять».
Карбалевич: «Есть партии и незарегистрированные, например, БХД».
Федынич: «Вы подойдите на проходных к рабочим заводов, спросите, как они относятся к выборам. Тогда появится прозрение».
Губаревич: «Мы спорим о разных вещах. Мы также не верим в эти выборы. Поэтому нечего спорить. Наши расхождения только в том, что мы предлагаем использовать механизмы выборов для агитации».
Карбалевич: «Господин Федынич, вот вы говорите, что рабочие не верят в выборы. Но когда начальник цеха скажет: либо голосуй, либо не продолжим контракт, — то какой выбор сделает рабочий?»
Федынич: «Мы знаем, что подсказать рабочим. Бюллетень же можно не бросать в урну. Надо, чтобы было максимум наблюдателей, которые фиксируют явку избирателей. А для агитации не надо ждать выборов. Кто мешает агитировать сегодня?»
Губаревич: «Разумеется, часть людей не пойдет на выборы. Но это не будет заслуга тех, кто проводит кампанию бойкота».
