«Мы по-доброму относимся к соседям на Западе, особенно к Украине и Беларуси, поскольку они ближе других. Мы — за развитие отношений с Украиной и Беларусью, но только все — по мировым ценам», — сказал Жириновский. «Чтобы Украина не говорила, что она кормит нас, чтобы Беларусь не говорила, что ее картофель или молоко лучше. Все — торгуем по мировым ценам», — добавил он.
Отвечая на вопрос, что он думает по поводу возможности создания федерального государства России, Украины и Беларуси, Жириновский сказал: «Мы неприятели новых федераций, новых конфедераций. Если объединятся, только в рамках одного государства — России, не нравится, придумайте другое название». По его мнению, если РФ, Украина и Беларусь объединятся в федерацию или конфедерацию, то через некоторое время в таком государстве снова будет раскол и сепаратизм. Он считает, что Украина и Беларусь могут войти в состав России только как федеральные округа. «У нас 8 федеральных округов, пожалуйста,
— Учитывая одиозность фигуры Жириновского, не удивительно слышать от него предложения, которые реально не имеют никакой смысловой нагрузки, — говорит Юрий Губаревич. — Но с другой стороны, возможно, это — зондаж почвы, потому что в подобном стиле одно время высказывался и Владимир Путин, и российское посольство в Беларуси. Высказывания, за которые в другой цивилизованной стране как минимум могли вручить ноту протеста. Так что заявление Жириновского — в одном ряду. России, наверное, интересно, как отреагирует белорусское общество на подобные «проекты». То есть: готовы ли белорусы защищать свою независимость или смирились с тем, что никакого выхода нет, как подчинение белорусской экономики России?
— Так существует ли на самом деле угроза потери независимости Беларуси или все это лишь фантастические версии оппозиции?
— В каком-то смысле такая опасность присутствует, потому что сейчас происходят необратимые процессы — продажа белорусского государственного имущества, переход его к России. Обратно вернуть все будет очень сложно. Белорусская власть делает заявления, что с продажей имущества никакой потери независимости не будет. Но это, скорее, попытка успокоить общество, показать, что как будто ничего не происходит. На самом деле это сдача белорусской независимости.
— То есть, вы считаете, передача контроля над основными белорусскими предприятиями — это и есть потеря независимости?
— Безусловно. Потому что вслед за экономическим проникновением Кремль захочет иметь и политический контроль. Если у России появится крупное имущество на территории Беларуси, то им нужны будут политические рычаги для защиты своих интересов и своего имущества. Это игра на белорусском политическом поле. И пробные шаги мы видели во время последних президентских выборов, когда в Беларуси появлялись «пророссийские» кандидаты.
— После того, как российская сторона выкупила у Беларуси «Белтрансгаз», на предприятии белорусским работникам подняли зарплаты в три раза. Таким образом хотели показать привлекательность инкорпорации в Россию?
— Конечно, это был в первую очередь сигнал для простых белорусов. Им показали привлекательную сторону медали экономической интеграции. Но с другой стороны это и сигнал белорусским властям, что реальный хозяин на этом куске белорусской земли уже не белорусская власть, а российский собственник. Вот результат той глупой политики, когда мы сами себе перекрыли дорогу в Европу.
